(Продолжение. Начало читайте здесь)
Только вкратце, потому что по каждому из ключевых вопросов уже было исписано тонны бумаги, причем писались они самыми влиятельными людьми в экономическом мире, а единого мнения найдено так и не было.
Главное, на чем сегодня останавливается внимание экономистов и политиков – это новая система регулирования финансовых рынков. Причем, если для администрации Рузвельта и других лидеров держав того времени, проблемы концентрировались в плоскости регулирования государственных финансов, то для глав государств начала 21-го века к этим проблемам прибавились еще и проблемы глобального характера. Более серьезный надзор должен быть установлен как для банков, так и для фондового рынка, особенно рынка деривативов. Именно деривативны позволили создать инструмент секьюритизации ипотеки и риски стали перемешаться от отдельных эмитентов ценных бумаг ко всем участникам цепочки. В эти риски были втянуты и коммерческие банки, а ведь именно с проблемы отделения коммерческой, классической деятельности банков от инвестиционной деятельности и начался Новый курс в 1933 году.
Основные требования, которые выдвигаются к банкам сегодня – это увеличение размеров капитала и ликвидности, пересмотр систем оценки рисков. Одновременно предлагается произвести разделение больших финансовых структур на более мелкие, в частности этот процесс уже начинается в Великобритании, где национализированные правительством Royal Bank of Scotland, Northern Rock и Lloyds TSB будут разделены на части, а голландский ING будет разделен отдельно на страховую и банковскую компанию. Также такая возможность обсуждается и в США, где ранее исповедовался принцип «слишком большой, чтобы упасть». Теперь стало понятно, что и большие могут падать, причем, падая, они тянут за собой всех остальных. При разделении структур на более мелкие планируется избежать повторения подобных проблем в будущем. Желание разделить существующие огромные финансовые структуры понятно и по другой причине. В структуре современных финансовых корпораций находятся как банки, так и страховые и инвестиционные компании.
Проблема заключается в том, что все эти направления деятельности подпадают под надзор разных регуляторов. Вследствие этого надзор за конкретной организацией ослабевает, а оценка рисков значительно усложняется.
Одними из виновников кризиса стали аудиторские компании и рейтинговые агентства, которые не увидели, или не захотели увидеть, растущие риски. Деятельность этих структур достаточно слабо регулируется, соответственно, необходимо создавать структуры для контроля и этих игроков.
Из данной ситуации остается 2 выхода: дробление или создание новых институтов в системе надзора. Ужесточение надзора может быть достигнуто как путем расширения полномочий существующих регуляторов, так и путем создания нового «мега-регулятора». И если в вопросах регулирования на уровне отдельных государств, правительства имеют выбор среди этих двух возможностей, то в мировой финансовой системе нового регулятора, видимо, избежать не удастся. Этим регулятором может стать уже существующий МВФ, путем получения больших полномочий, или же новая структура. При этом возникают новые проблемы: а не перенесутся ли все проблемы с более мелких регуляторов автоматически в новый крупный (коррупция, забюрократизированность, медлительность в принятии решений), причем добавив и новые; не будет ли это чересчур - передать такие огромные полномочия в одни руки, а ведь речь идет о мировой экономике, многомиллиардных потоках ежедневно. Отдельным вопросом остается и распределение влияния в мировых институтах.
Вроде все радуются, что «большая семерка» (или же «восьмерка»), уже не так актуальна, как «большая двадцатка». Да, позитива в этом не мало, большее количество стран присоединилось к процессам принятия глобальных решений, сами решения начали учитывать проблемы большего количества государств. И вот только антиглобалисты ужасно разочарованы, ожидав увидеть развал глобального сотрудничества, в результате увидели его большею консолидацию. Но вот увеличилось ли на самом деле представительство развивающихся стран, начали ли учитываться интересы беднейших стран? С очень большой натяжкой можно дать положительный ответ на этот вопрос. Кто-то может сегодня сказать, что Китай, вторая страна по ВВП в мире, является усилением представительства бедных стран, или, может, таковой является страна - один из лидеров по инновационным технологиям - Южная Корея, или таковой есть одна из стран- лидеров по уровню жизни - Австралия? Такие страны, как Мексика и Саудовская Аравия, сильно подверженные влиянию США и зависимы от доллара, тоже вряд ли начнут защищать те интересы, которые будут не угодны США. Когда читаешь про планы распределения доли голосов в МВФ в пользу менее развитых стран на 3-5%, становится смешно. Развитые страны почти не теряют голосов, прирост, в основном, получают страны БРИК, которые уже и так по размеру ВВП входят в число ведущих государств. При этом США оставляет за собой 17% голосов, а ведь для принятия наиболее важных решений необходимо иметь 85% голосов «за». Как видим, никакой мировой справедливости мы не получим и после реформ, максимум, что изменится – это «узаконивание» возросшей роли стран БРИК. А то, что без согласия США ничего не будет, недавно показал саммит министров финансов стран G-20. Британия предложила введение налога на международные транзакции и создание специального фонда с этих поступлений. США заблокировали эту инициативу фактически без разных консультаций с другими государствами.
Необходимо рассмотреть и проблему, которую сделали ключевой в планах реформирования, а именно – роль доллара США. Все, почему-то, думают, что с отказом от господствующей роли доллара, проблемы будут решены. Проблемы, на самом деле, таки существуют. Но состоят они, в большей степени, не в самом долларе, а в том, что нет альтернативы этому самому доллару. А США, прекрасно это понимая, начинают использовать свою роль мирового эмиссионного центра для решения собственных проблем. В этот раз, уже, конечно, слишком заигрались. Мировые лидеры начинают давать понять, что мириться с таким порядком вещей, они не намерены. При этом основными «революционерами» являются страны БРИК, чья роль в мировой экономике выросла, но политически они до сих пор этого не ощутили.
Альтернативы доллару, как мировой резервной валюте, пока нет. Чтобы это понять, достаточно проанализировать возможности других валют. Вроде есть евро, наднациональная валюта, которая представляет объединение стран с сумой ВВП примерно равного США, имея вторую по величине долю в мировых резервах. Однако надо вспомнить и о других сторонах. Евро является продуктом сложного международного договора, эффективность которого определяется эффективностью лежащего в его основе международного соглашения. Что такое ЕС, мы все могли видеть на протяжении нескольких лет, когда страны не могли согласовать между собой новый вектор развития этой организации и «скорости» реакции ЕЦБ, в отличие от быстрого и адекватного реагирования ФРС. Все это подтверждает и реакция мирового сообщества на новую валюту, доля евро в международных резервах приблизительно равняется доле немецкой марки и прочих валют, на смену которым пришло евро. А если брать во внимание тот факт, что за пределами ЕС евро, в основном, используется в регионах, граничащих с ЕС и тесно связанных экономикой с Европой, то роль евро в международном масштабе и вовсе не можно сравнивать с долларом США. При этом мы забываем и про геополитическое влияние США и ЕС. ЕС, например, буквально пару дней назад, таки утвердил Лиссабонский договор и создание поста президента ЕС и министра иностранных дел. США имеет свои военные базы во всех уголках мира, страны Ближнего Востока, Япония тесно связаны с США, большинство резервов таких стран как Россия и Китай номинированы в долларах. ЕС пока не может конкурировать с США в плане политического влияния.
Юань не подходит на роль доллара по причинам сильных ограничений на операции с капиталом и с неразвитостью финансовых рынков. Да и Китай пока слишком малое время является ведущим государством, не говоря уже обо все тех же резервах 2.1 трлн. дол., большинство из которых находятся в виде долларов США и казначейских облигациях США. Много разговоров возникло по поводу новой валюты, скорее всего на основе СДР МВФ. Но кроме ничтожной доли в 5% от мировых резервов имеются и другие вопросы. Валюта вряд ли сможет существовать без поддержки эффективного правительства, без этого не будет достаточно доверия к ней. На каком основании будет проходить эмиссия, и как будет распределяться предложение такой валюты, кто будет обладать полномочиями и насколько гибкой будет политика в отношении такой валюты?
Все больше экспертов склоняется к так называемой фрагментированной системе, то есть большая конкуренция и отсутствие явного лидера в резервах. Такой период уже был во времена между двумя мировыми войнами, когда британский фунт начал терять свое влияние. Все мы помним, что это время называют периодом глобальной автаркии, когда страны «закрыли» свои экономики и объемы мировой торговли сильно упали. Сегодня имеются многие международные институты для предотвращения такой ситуации, но возможность мировой нестабильности очень велика. Для предотвращения этого необходимо более тесное, а главное скоординированное сотрудничество и скорейшее выработка обшей стратегии, ведь на реализацию такой стратегии по поводу глобальной резервной валюты потребуются годы, а как переживет мир новые глобальные потрясения и нестабильность неизвестно.
На данном этапе развития мировой финансовой системы можно сделать выводы, что ничего точно не известно, во многом именно из-за кризиса. Кризис одновременно и подтолкнул к началу действий по изменению системы, и одновременно тормозит эти процессы. Лидерам мировых государств сегодня куда важнее выйти из состояния рецессии, а там, где это уже произошло – поддержать экономический рост. Кроме этого, никуда не делась проблема безработицы, которая будет сдерживать потребительский спрос, неизвестно, что нас ожидает в результате накачивания экономики огромными суммами денег, как правительства смогут справиться с дефицитами бюджетов, а о новых надувающихся пузырях на сырьевых рынках и вспоминать не хочется. О каких эффективных действиях на международном уровне может идти речь, когда даже главы финансовых ведомств США не могут уверенно говорить о будущем!
Для устойчивого и прогнозируемого роста и развития мировой финансовой системы нужно четкое видение, что и как делать, нужна согласованная схема действий, план, который будет поддержан всеми развитыми странам, и теми странами, кто заявляет о своих претензиях на ведущие роли. Для достижения такой стабильности в будущем, как ни парадоксально, нужна стабильность сегодня, которой пока нет. Лишь после того, когда политики поймут, что их рейтингам в связи с потенциально неудачной внутренней экономической политикой ничего не угрожает, начнется по настоящему плодотворная работа в международной плоскости. Нам остается надеяться на продолжение выхода положительных статистических данных в ведущих экономиках мира и новой, к сожалению не лишенной заложенных проблем на будущее, но все же лучшую, мировую финансовую систему.
Спонсор поста: качественное строительство деревянных домов и бань под заказ от компании "Коттеджи из дерева"
